23 и 24 февраля британский профессор вокала Ричард Беркли провел два мастер-класса по вокалу в Киевском институте музыки имени Р.М. Глиера.

Преподаватель известен тем, что во время мастер-классов использует методы релаксации, активизации внутренних ресурсов вокалистов. Преподавал в Лондонской академии драматического искусства, консерватории Монтевью университета восточной Англии. Основал собственный курс вокала для актеров музыкальных театров в Королевской академии музыки. Покровителями этого проекта были барон Эндрю Ллойд Уэббер и сэр Камерон Макинтош. Как актер снялся в фильмах: «Гадкий дядя» (1989), «Терминатор 2» (1990). Работал с Микки Рурком, Эмили Уотсон. Сейчас живет и преподает вокал в Варшаве.

В интервью корреспонденту Gazeta.ua Ричард Беркли поделился своими впечатлениями от занятий с украинскими вокалистами и дал им советы.

— Насколько профессионально подготовленные украинские вокалисты, с которыми вы работали в эти дни?

— За несколько занятий я успел понять об украинских вокалистах несколько вещей. Во-первых, очень хорошо, что все улыбаются. Это дает возможность вести диалог. Улыбка говорит о том, что дорога открыта, и это первый шаг к успеху. Также видел много учеников, которые давно открыты к новым идеям. Это тоже прекрасно. Но есть огромная проблема: ученики-то готовы, открыты, имеют огромное желание учиться. Но кто их учит? И учителя даже английского не знают, чтобы элементарно подчитать лучшие пособия по вокалу. Ведь большинство из них напечатаны на английском.

— Что вас больше всего поразило во время мастер-классов?

— Не переставал удивляться, как сильно на львовян влияет культура и все вокруг. Здесь я имею в виду поп-музыку. Просто там очень подвержены любому воздействию. Надо не поддаваться, а влиять самому. Вместо этого студенты-вокалисты копируют известных исполнителей. На сцене ведут себя так же, как другие. От этого гибнут колоссальные таланты. Во время выступления надо поступать так, как того требует внутренний мир. А к нему надо сначала найти ключ.

— Как его найти?

— А это для кого как. Ко мне на занятия во Львове пришел 20-летний парень. Имел прекрасный, просто фантастический голос. Пел не менее прекрасную песню «Lasciate mi morire» на итальянском. Название переводится как «дайте мне умереть». Парень пел так, будто сам уже умер — не дышал нормально. А эту песню надо петь «на грани», будто вытягивая изнутри себя все, что есть. Пение без эмоций — ничто. Поэтому я стал тыкать парня пальцем в живот, чтобы тот рассердился, возмутился. Я хотел, чтобы он выплеснул из себя все эмоции, прокричал мне «Да отстаньте уже от меня». В это время в первом ряду сидела его учительница. Эмоции передались ей. Она даже подпрыгивала на стуле, как на иголках. Наконец парень тоже вышел из себя, возмутился. И тогда спел просто бесподобно. Таким должно быть каждое пение.

— Чему еще нужно научиться? Чему уделять больше внимания?

— Самое главное кроме поставленного голоса — научиться дышать. Этим вы за 5 минут сэкономите 2 года. Фантастические голоса теряются, если вокалист дышит неверно. Дыхание должно идти из центра тела, иначе звуки будут неверны. При этом нужно чувствовать комфорт глубоко внутри. Еще одна проблема — украинские учителя музыки и вокала дают много информации, но мало знаний. Потому что информация распыляется, а знания оседают. Также часто убивают личность ученика. Навязывают множество ярлыков. Так нельзя.

— А как — можно?

— Надо выделять деньги на профессиональное преподавание музыки и пения. В постсоветских странах тратят тысячи долларов на бизнес-школы, но практически нисколько — на вшколы вокала. Украинцам нужно создавать искусство там, где его не ждут. Все привыкли видеть искусство в галереях, концертных площадках, в опере. А теперь пусть музыканты играют в больницах, школах, магазинах. Тогда произойдут положительные сдвиги. В Британии музыканты выступают в столовых, поликлиниках. Украинцы должны делать так же.

— Как воплотить такую ​​практику в нашей стране?

— Украинцам надо больше рекламировать искусство. Потому что реклама ежедневно говорит нам, на каком авто лучше ездить, какой чай пить, какой помадой красить губы. Она должна говорить нам и о музыке, картинах, литературе.

— Что для вас самое сложное в преподавании вокала?

— Самое сложное — знать, что ты преподаешь. Адаптировать знания согласно возможностей студента. Иногда у меня это не получается, но я стараюсь. Надо знать, как вложить знания в головы учеников. Обучение — это путешествие, учитель и ученик в ней — путешественники. Они должны идти, взявшись за руки.

— Каковы ваши советы украинским вокалистам?

— Певцам нельзя быть закрытыми. Можно закрыться от людей в обычной жизни, но сдерживать внутренний голос на сцене нельзя. Люди не любят, когда вмешиваются в их пространство. А я вмешиваюсь, ибо без этого научиться петь нельзя. Я касаюсь людей. Все время касался живота того парня, который пел на итальянском. Касался и спрашивал: «Ты чувствуешь, чувствуешь? Нет? А сейчас?». Несколько минут он был ошарашен от моей откровенности. И наконец принял это и тогда почувствовал сам себя. Спел правильно, и от неожиданности воскликнул: «Ой, что это?» Я сказал: «Это твой настоящий голос, дорогой!»

Выходя на сцену, исполнитель должен быть чистым, как бумага. Только тогда публика увидит то, что певец хотел донести. Чем больше мы узнаем, тем искреннее становимся. Надо делать все, чтобы привлечь к себе внимание зрителя. Тогда в зале никто не будет спать. Нельзя бояться. Нельзя учить с позиции страха. Надо быть терпеливым, заботиться о студентах. Многие учителя стремятся стать авторитарными. Но нельзя захватывать власть над учеником. Он не должен быть полностью зависимым от педагога.

Если ошибаетесь — не страшно. Пробуйте еще и еще. Этот метод не работает, тот не действует. Но в конце найдется такой, что будет «вашим».